|
Армия гаврошей: педагогическая трагедия
Социологи утверждают, что сегодня по России кочует от двух до восьми миллионов беспризорников. Для сравнения – во времена Дзержинского и Макаренко их было 2 миллиона. Заведующий кафедрой социальной и политической психологии Ульяновского госуниверситета Юрий Клейберг предлагает свой вариант решения этой проблемы.
Уже два года в Ульяновске действует учебно-научно-инновационный комплекс (УНИК) «Институт подростка», созданный по авторскому проекту профессора Клейберга. Социально-психологический и реабилитационный центр с круглосуточной психологической и социально-медико-правовой помощью на сегодняшний день не имеет аналогов ни в России, ни в Европе.
Юрий Клейберг – академик РАЕН, доктор педагогических и доктор психологических наук, автор 40 книг по психологии девиантного поведения и конфликтам в подростково-молодежной среде, более двадцати лет занимается проблемой девиантного поведения подростков. В 2006 году он стал победителем и лауреатом Национального профессионального конкурса «Золотая Психея» в номинации «Личность года в психологической науке».
- Я считаю, что проблемы подростковой девиации надо решать комплексно и стратегически, - говорит Юрий Клейберг. – Нельзя без числа плодить маленькие психологические центры, которые страдают под гнетом материальных, кадровых и прочих проблем. Надо выстраивать четкую инфраструктуру на уровне региона. «Институт подростка» - это авторская научно-практическая концепция, в основе которой – целевая программа «Подросток Поволжья».
Пока «Институт подростка» существует практически на общественных началах, но у него есть потенциал, чтобы объединить не только другие социальные центры, но и стратегически важные подразделения. Было бы наивно полагать, что в психологическую службу обращаются только девочки или мальчики, которые страдают от неразделенной любви. Школьная дедовщина, поборы, проблемные родители, унижение со стороны учителей и одноклассников… Бывают ситуации, когда нарушение социальных прав, психологическое давление и физическая угроза так тесно переплетены, что разрубить этот гордиев узел одному психологу не под силу.
- Уже сейчас создание такого регионального центра – жизненная необходимость, - говорит профессор. – Я говорю не только об армии беспризорников. Треть школьников демонстрирует асоциальное поведение. У двух третей обследованных подростков Поволжья обнаружена умеренная и значительная психическая патология. Выросло число суицидов – в два раза за последние десять лет.
В перспективе «Институт подростка» – это и научные исследования, на основе которых будут разрабатываться программы и технологии необходимых служб. Это и консультации, и постоянно действующие семинары-лаборатории, мастер-классы. В одних службах подростка могут проконсультировать специалисты по социально-правовым вопросам, в других - оказать медицинскую и психологическую помощь. Любой ребенок должен знать: что бы ни случилось, в городе есть место, где его примут, накормят и выслушают.
|
|
В бега или в петлю?
- Сильнее всего подвержены девиантному поведению подростки – с 13 до 17 лет, - говорит Юрий Александрович. – Согласитесь, переходный возраст – само по себе серьезное испытание. Недостаток родительской любви - трагедия, а школьные проблемы приобретают характер вселенской катастрофы. Вот почему помощь взрослых особенно необходима.
Самые распространенные психологические проблемы школьников - аутизм, фобии и одиночество. Но не всегда дети убегают на улицу или замыкаются в себе. Почти одна треть зарегистрированных попыток самоубийств совершается в возрасте от 7 до 18 лет. Причем попытка суицида до 12 дет – это, как правило, итог жестокого обращения с ребенком – родителей, сверстников, учителя.
По криминальным сводкам МВД РФ и УВД Ульяновской области можно подсчитать, сколько учеников решило покончить жизнь только из-за того, что учительница поставила двойку или приказала оплатить разбитое окно. Медики расскажут, сколько школьниц, избитых за новую кофточку или мобильник, им удалось откачать. Нездоровая атмосфера в школах, к сожалению, не та проблема, о которой можно умолчать.
- Я часто общаюсь со школьными учителями, - говорит Юрий Клейберг. – Когда спрашиваю, почему педагог не вызвал родителей на разговор или не проставил в дневнике оценки за поведение, слышу стандартный ответ: «Мне за это не платят». Но, думаю, даже миллион в кармане не заставит лентяя выполнять свои обязанности. Во времена моего детства учителя ходили домой к родителям – не потому, что ученик провинился, а чтобы познакомиться с семьей, узнать ребенка лучше. Тогда не считалось, что учителя занимаются не своим делом.
Инфантилизм школьных учителей, экономические проблемы и духовный вакуум в семьях – это не причины, но предпосылки подростковых девиаций. Тот фон, на котором разворачивается большинство трагедий переходного возраста. Что нужно делать, чтобы предотвратить большинство трагедий? Как направить энергию девиантного подростка в позитивное русло? С одной стороны, ситуацию решит создание инфраструктуры на базе региона. С другой, спасать своих детей должны, в первую очередь, родители.
- Для благополучных семей совет может быть только один, - говорит профессор, - контролировать ребенка и увлекать. Кружки, спортивные секции, клубы по интересам – все, что способствует социализации, творческому раскрытию личности, самореализации. Я верю в лучшее. В то, что победят простые человеческие ценности. Вот только решать проблемы наших детей надо уже сегодня. И не только на бумаге.
|
|
Голос улицы
- Существует всего три причины, по которым подростки пускаются в бега, - говорит профессор. – Это семейные неурядицы, неблагоприятное окружение и проблемы в школе. Все остальное – любопытство, уличная романтика, пропитая родителями квартира - только частные случаи этих ситуаций.
По данным исследований профессора Клейберга и его учеников (Л.Г. Агеева, И.А. Семикашева, М.З. Шогенова и др.), проведенного в Твери и Ульяновске, для 40,8 процентов подростков авторитетом является мать, для 28,7 процентов - отец, 36,5 процентов подростков прислушиваются к голосу сверстников и уличных лидеров. У ребенка из неполной семьи или семьи, где родители отдают все силы работе, рискует попасть под влияние улицы. В группе риска дети из неблагополучных семей и дети, оказавшиеся в социальных приютах. В том случае, если у них нет достойного взрослого примера, воспитывать начинает улица. Охранник у входа в школу – это не панацея.
- Но в опасности находятся не только дети из проблемных семей – потенциальной группы риска. Я сам практикующий психолог. И по роду деятельности мне часто приходится выступать в роли эксперта в судебных спорах. Даже в положительных семьях дети зачастую становятся средством достижения определенных целей. Родители, бьющиеся за жилье, прячутся за них, как за ширму. А от прессинга одноклассников или учителей не застрахован ни один, даже самый примерный, ученик.
Беспризорник = бомж, бандит, сектант?
Улица готовит девиантным подросткам как минимум три жизненных сценария. Первый – примкнуть к группе беспризорников или взрослых бомжей: попрошайничать на вокзале, стоять возле магазинов или ходить по квартирам, рассказывая жалобные истории. Свободная, кочевая, немытая жизнь, в которой есть место алкоголю и наркотикам.
Второй вариант – криминальная группировка. Четкая иерархия, жесткое подчинение старшим, но, как это ни странно звучит, социальная защищенность и возможность продвижения по иерархической лестнице. Условно говоря, то же, что и в обычной корпорации, – соцпакет и возможность карьерного роста, но только со знаком минус.
- И потом очень трудно вернуть к нормальной жизни тех, кто вкусил свободу, - говорит Юрий Александрович. – Там, на улице, они свободны и могут доказать свое право быть личностью. Но им приходится отрабатывать, точнее отвоевывать, свое право на независимость.
Третий вариант – самый плачевный – деструктивная секта. В Поволжье действует немало организаций, которые заманивают в свои ряды не только обеспеченных граждан, но и маленьких гаврошей. Юрий Клейберг утверждает, что легче вернуть к нормальной жизни наркомана или малолетнего разбойника, чем «просветленного» адепта. «Резозомбаж» - возвращение зомбированного подростка в нормальное состояние – процесс сложный даже для профессионала.
Самый лучший вариант – когда ребенок возвращается домой или приходит в реабилитационный центр. Беда лишь в том, что не все социальные учреждения могут принять армию бродяжек.
Справка:
Юрий Клейберг является кавалером Золотой Звезды Вернадского, Серебряного ордена «За заслуги в психологии», ордена «За пользу Отечеству», который присуждается президиумом РАЕН за заслуги перед Россией, в том числе за мероприятия, направленные на улучшение состояния экономики, экологии, безопасности, культуры и образования.
В 2006 году его учебное пособие «Социальная психология девиантного поведения» было отмечено Большим жюри Национального конкурса как «Лучший проект года в психологическом образовании».
Полосу подготовила Анастасия Чеховская
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
